Где заканчивается Россия

В 2014‑м армия не успе­ва­ла пере­ва­ри­вать поток добро­воль­цев. Те, кому воен­ко­мат не мог ниче­го пре­дло­жить, ухо­ди­ли в добробаты.

В 2022 году роль добро­ба­тов выпол­ни­ли силы тер­ри­то­ри­аль­ной обо­ро­ны. Те, кто сто­ял в оче­ре­дях в пер­вые дни вой­ны, ока­за­лись вну­три само­го моло­до­го рода войск. Каждая тре­тья бри­га­да ТрО теперь слу­жит в зоне бое­вых дей­ствий, воспол­няя недо­ста­ток кру­пных кали­бров и бро­не­те­хни­ки за счет трофеев.

То, что счи­та­лось недо­ста­тком тер­р­обо­ро­ны, через несколь­ко меся­цев вой­ны ста­ло ее же достоинством.

За восе­мь меся­цев в армии я пови­дал дире­кто­ров частных кли­ник, ушед­ших начме­да­ми в бри­га­ды; сва­де­бных фото­гра­фов, став­ших аэро­ра­звед­чи­ка­ми; про­мышлен­ных аль­пи­ни­стов, соо­ру­жав­ших систе­му виде­о­на­блю­де­ния вдоль линии фронта.

«Из хоро­ших пред­при­ни­ма­те­лей полу­ча­ю­тся хоро­шие коман­ди­ры», – эту фра­зу я слышал три­жды. В пер­вый раз – от ком­ба­та на Север­ском Дон­це. Вто­рой раз – от сер­жан­та разве­дв­зво­да на гуляй­поль­ском направ­ле­нии. Тре­тий раз – на Харь­ков­щи­не, от 88-го номе­ра в спи­ске украин­ско­го «Forbes».

Все трое явно были на сво­ем месте и все до вой­ны зани­ма­лись бизне­сом. Поэто­му я не спорил.

За после­дние восе­мь меся­цев украин­ская армия выро­сла втрое. На одно­го кадро­во­го при­хо­ди­тся при­мер­но двое мобилизованных.

Све­жая кро­вь с «гра­ж­дан­ки» сотво­ри­ла с Воо­ру­жен­ными сила­ми две вещи. Во-пер­вых, задви­ну­ла на вто­рой план «стро­ев­щи­ну» со все­ми ее атри­бу­та­ми. Во-вто­рых, насыти­ла ЗСУ неви­дан­ным уров­нем гра­ж­дан­ских ком­пе­тен­ций. Люди, кото­рым никто не успел объя­снить, что «так нель­зя», нача­ли мас­со­во созда­вать вещи из кате­го­рии «а что, так можно было?».

Веро­я­тно, в Рос­сии мечта­ют о том, что нечто подо­бное сотво­рит с их арми­ей объяв­лен­ная моби­ли­за­ция. И если окку­пан­ты обза­ве­ду­тся субъе­ктными коман­ди­ра­ми, гори­зон­таль­ными свя­зя­ми и моти­ва­ци­ей – то возмо­жно. А пока все­го это­го нет – рос­сий­ское «чудо­ору­жие» риску­ет сто­чи­ться об украин­скую оборону.

И ника­ко­го пре­у­ве­ли­че­ния в сло­ве «чудо­ору­жие» нет. Кремль вос­при­ни­ма­ет моби­ли­за­цию как некое «Wunderwaffe». Как нечто, спосо­бное пере­ло­мить ход бое­вых дей­ствий. Как то, что окон­ча­тель­но пере­ве­дет «спе­цо­пе­ра­цию» в кате­го­рию «вой­ны».

В рам­ках при­ду­ман­но­го самой же Рос­си­ей мифа, она если и спосо­бна прои­грывать, то лишь когда вою­ет «пона­ро­шку». А когда «всам­де­ли­шно» и для защи­ты того, что объяв­ле­но «роди­ной» – обре­че­на побеждать.

Имен­но по этой при­чи­не разго­во­ры о при­ме­не­нии ядер­но­го ору­жия пока преждевременны.

Они обре­тут акту­аль­ность в тот момент, когда моби­ли­за­ция и раке­тные уда­ры по украин­ской инфра­стру­кту­ре не дости­гнут резуль­та­та. Когда ока­же­тся, что рос­сий­ские тан­ки по-пре­жне­му сто­ят от Киев­ской объе­здной даль­ше, чем украин­ские – от Доне­цкой. Когда Вла­ди­мир Путин обна­ру­жит, что кон­вен­ци­он­ную вой­ну он прои­грыва­ет – веро­я­тно, мы сно­ва услышим виток пере­су­дов про «ядер­ный пепел».

Любо­пытно. Евро­па деся­ти­ле­ти­я­ми при­выка­ла боя­ться рос­сий­ской армии. На алтарь «мира» гото­вы были класть любые усту­пки. Но в 2022 году ока­за­лось, что един­ствен­ное, в чем Рос­сия пре­у­спе­ла – это прои­звод­ство «пон­тов». А ситу­а­цию на поле боя смо­гли изме­нить даже несколь­ко деся­тков запа­дных РСЗО. Кото­рые, к тому же, рабо­та­ют в Украи­не с огра­ни­чен­ным фун­кци­о­на­лом по дальности.

А что было бы, ока­жись у украин­ской армии запа­дные раке­ты? Аме­ри­кан­ские тан­ки? Неме­цкое ПВО? Что дума­ют теперь о буду­щем все, кто в Москве гре­зил бро­ском до Ла-Манша?

Рос­сий­ская армия про­дол­жа­ет быть угро­зой, но пере­ста­ла быть стра­шной. Восе­мь меся­цев назад на нас напа­ла тюрьма.

В попытке обну­лить наше буду­щее она понем­но­гу отме­ня­ет свое.

Исто­чник: Как изме­ни­лась украин­ская армия за вре­мя вой­ны и поче­му рус­ская армия пере­ста­ла быть стра­шной? | Украин­ская прав­да (pravda​.com​.ua)